Татьяна Ивановна Стрелкова

Татьяна Ивановна Стрелкова

- Знаете, что я вам скажу… Это был кромешный АД. Мне даже больше и сказать нечего. Это ад был, он не забывается. Мы с Анкой были медсестры. Чего только не повидали. Раненых спасали. Один раз на поле делали вылазку, забирали раненых, тащили. Кровь сдавали сами им. У меня вот третья, я знала. А раненым-то как узнать, тогда же не было никаких лабораторий у нас.
Возьмут у обоих кровь, смешают, не свернулась, значит переливать можно. Так вот и проверяли. Иногда кровь нужна, а неоткуда брать. Мы по второму разу сдавали. Первый-то раз сдал, нормально, а после второго уже падаешь. Но что делать, спасать надо было. Я вот почетный донор, вот медаль у меня.

Это была низенькая-низенькая бабулька. Сейчас ей 92. Она живет с мужем вдвоем, сын в Ленинграде, кандидат наук. Очень улыбчивая и суетливая бабулька. «Таня, телефон звонит», — и она побежала со своей палочкой наперегонки к трубке, пока мы настраивались. «У меня гости, приди позже. Приди, пожалуйста, ты мне нужна», — говорила она врачу по телефону. Она очень переживала, что жизнь не дала ей шанса прожить так, как она хочет: отучиться в институте на врача, хотя ее брали на 3-й курс. У нее отец раненый вернулся с войны, мама уборщица, об учебе и речи не шло. Первый муж с войны вернулся инвалидом и через несколько лет умер. Да и для Родины, которую она защищала, она была собственно никем. Она не держала пулемета, не сбивала самолеты. Так, только раненых лечила и кровь им отдавала. Только недавно эти люди стали приравнены к участникам боевых действий и начали получать какое-то внимание. Ей даже зубы после войны не стали делать, очередь.

— Ой… Это немец мне все зубы выбил. Был как-то очень тяжелый бой, мы долго не спали. Когда работа улеглась, я пошла спать. А негде было. И так уже спать хотелось, что я ушла в комнату с трупами и прямо сверху на всех уснула. Открываю глаза, а прямо на меня немец смотрит, я кричать, а он мне сапогом, чтобы тревогу не подняла с утра. Так все зубы и вылетели, челюсть была сломана. Так вот и живу всю жизнь почти без зубов. Сейчас вообще только один остался.
— Страшно все было. Гибли люди вокруг, стреляли. Не дай Бог, конечно. Ранило меня в ногу. Но все равно вот дожила, — улыбается она. – Наболтала вам бабка лишнего, вы уж простите. Нам то что, лишь бы внимание было.

В голове не укладывалось, как эта женщина, метра полтора ростом, вытаскивала раненых, переносила их, сдавала полулитрами кровь, как она в свои 92 так оптимистична и улыбчива. Мне становится жутко стыдно от того, что свои возможности мы не используем по полной. И что теряюсь в ответ на такие рассказы. Хочется нажать «выкл» и просто помолчать.

 

Вернуться к разделу