Свердлов Борис Рувимович

Свердлов Борис Рувимович

С Борисом Рувимовичем мы познакомились на вручении юбилейной медали «70 лет Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг». Энергичный, общительный, с огоньком в глазах – такое первое впечатление от встречи с этим человеком. 

До войны жизнь коренного свердловчанина была совершенно обычной. Учился в школе № 39, был октябренком, пионером, вступил в Комсомол. 
Показать полностью..

Весть о начале войны застала Бориса Рувимовича на городском пляже. 

-22 июня 1941 года была очень хорошая погода, и мы купались. После 12 часов прибегают ребята и сообщают: «Сейчас только что по радио выступил Молотов – фашисты напали на Советский Союз, и началась война». Берег опустел. Все побежали по домам прослушать сообщение еще раз.

- Желание было пойти в авиацию или танкистом. Мы ходили в военкоматы, нам отказывали. 1 сентября я уже решил, что дальше учиться не буду, надо идти работать. Мы впятером пришли в школу попрощаться, и завуч школы сообщила, что нас приглашают в областной комитет комсомола, который тогда располагался на улице Пушкина, 5. Там нам предложили пойти в армию. Говорят: «У нас тут открылись вторые курсы радиотелеграфистов. Будете учиться?». Мы друг на друга посмотрели, сказали: «Пойдем». Прошли медкомиссию и направились на курсы, которые проводились на ул. Декабристов, сейчас там располагается женский монастырь. Курсы проходили в ноябре –декабре. Были сильные морозы. 

Обмундирования нам никакого не выдали. Каждое утро мы делали зарядку на улице, обтирались снегом. Закалялись. 
— 10 января должны были у нас проходить экзамены, и после экзаменов мы должны были отправиться на фронт. Пришла ко мне сестра и сказала, что у меня скончался отец. Меня на сутки отпустили домой попрощаться, а вечером я уже вернулся в часть. Мне дали полушубок, валенки и отвезли на вокзал. Оттуда нас, роту 70 человек, повезли на фронт. 

- Попал я на Карельский фронт в город Беломорск. Тут по распределению меня отправили в 57-й полк связи. Там я пробыл 1,5-2 месяца и оттуда попал в 6-й отдельный краснознамённый батальон ВНОС (воздушное наблюдение оповещение и связи). В задачи этого батальона входило: сообщать о подлете немецкой авиации к Кировской железной дороге. А Кировская железная дорога — это сообщение от незамерзающего порта Мурманск через Беломорск и в Россию через Архангельск. По этой дороге в Советский Союз поступало продовольствие. Мы 5 человек: 3 наблюдателя и 2 радиста, запрашивали о линии фронта, и как только немецкая авиация поднималась в воздух, сразу давали команду «Воздух», и радиостанции, которые находились на этой территории, прекращали передачи. Также определяли вид самолета, сколько их летит и направление. Здесь я прослужил до июня 1943. После этого меня перебросили как радиста в 361-й зенитно-артиллерийский полк противовоздушной обороны. Там я прослужил до января 1944 года. Немцы еще продолжали осаду Кольского полуострова, и нужно было защищать Мурманск. И вот на какие бы сопки мы ни попадали, наша задача была – сообщать о подлете немецкой авиации. 
В задачу радистов входило и обеспечение сохранности радиостанции, и не всегда это было легко обеспечить:

- Расскажу такой случай. На одной стороне озера находился немецкий аэродром, а на другой стороне озера находилась наша точка. Немцы засекли эту точку и начали ее бомбить, пришлось эту точку снять.

- Когда я служил в Мурманске, немцы совершали один из налетов. Радисты обычно дежурят по 6 часов, нам в тот день пришлось отдежурить 12 часов. И только нас сменили, минут через 30 объявили тревогу. Немцы обстреляли радиостанцию, и она загорелась. Спасти успели только саму радиостанцию. На крыше были гранаты и патроны, они стали взрываться, и мы уже не смогли спасти оставшиеся щитки. 

- Ранение имею, легкое ранение, знаете, как царапина – не считаешь такие даже. В спину попало, когда спасали радиостанцию.
Были и курьезные случаи:

- Наша разведка пошла в тыл к финнам. У нас принцип такой: 5-6 человек устраивается в землянке, 2 радиста, 3 в окружении. Из вооружения у нас были только винтовки-трехлинейки. Ночь, пурга, снег. Часовой спрашивает: «Кто идет?». Ему не ответили, тревога поднялась. Пока мы связались со штабом, нам сказали, что это наши разведчики… После этого случая нам стали сообщать, что в вашем районе будет происходить разведка.

- Беломорск. Февраль месяц. Меня послали на пост. Немцы находились от нас в километрах двадцати. На посту ночью, как бы зарница, артиллерийский обстрел идет. Утром, когда меня сменили, я спрашиваю: «Что это обстрел был?». «Нет», — мне отвечают, — «Это северное сияние!».

- Один раз зимой нас забросили на точку, идем, а впереди озеро замерзло, гладкое, как зеркало. И мы 5 километров шли по этому озеру 12 часов. Сапоги скользят, радиостанцию на лыжах везем. Я тогда обморозил уши. 

- Вы знаете, на фронте радисты считались интеллигенцией, потому что радист не имеет права сбить свою руку. Если сбиваешь руку, то напарник твой будет просить повторить позывные. Солдаты нам рыли землянку, чтобы мы руки не сбивали. 

- В январе 1944, когда немцев уже выгнали с Кольского полуострова, меня направили под Горький. При проверке нас направили к подготовке к первомайскому параду 1945 года. После парада и война закончилась. Пошел разговор, что война с японцами будет, в армии не известно было, куда тебя отправят. Погрузили в вагоны нас и высадили в Белоруссии. Попал я в 2040-й гаубично — артиллерийский полк, также радистом. Демобилизовался в 1947 году в апреле месяце.

- Какая для вас самая памятная награда?
— «За оборону Северного Заполярья». 
Борис Рувимович очень быстро описал свои 2 военных года, но об истории г. Свердловска, своих до и после военных годах готов был говорить не переставая. 

- После фронта я окончил вечернюю школу, окончил вечерний институт, механический факультет, и проработал всю жизнь на «Уральском оптико-механическом заводе», был начальником технологического бюро. Имею 2 бронзовые медали ВДНХ за разработку и освоение новых изделий. Помните историю со сбитым самолетом Пауэрс? Так вот — это наш автопилот сбил, который я разрабатывал. 

С 2000 года Борис Рувимович принимает участие в военном параде. И пятеро его внуков каждый год, видя его в строю переполняются гордостью за своего дедушку.

Вернуться к разделу