Складанюк Петр Юлиянович

Складанюк Петр Юлиянович

У всех наших героев своя история войны, начавшаяся в разное время, в разных частях страны, в очень разные годы. Кто-то пережил ее с первого и до последнего дня, а кто-то попал пополнением в самые последние годы, ближе к концу боевых действий. Петр Юлианович был был одним из тех, кому 18 исполнилось только в 1943. Его рассказ был очень коротким.


— Началась война вот как: 1941 год, я хожу в школу в другое село, в Винницкой области, был март месяц. Мама меня будит в 4 часа ночи: отца на работу, меня в школу, а потом с малыми заниматься нужно. И вот она меня разбудила, испуганными глазами смотрит, показывает в окошко и говорит вот тут, на северном склоне, большой крест высветился. Ну она видела, я нет. Забыли. Много лет спустя это меня привело к вере.


Апрель прошел, май, началась война. Вспоминается хорошо голос Левитана. И что мы оказались на оккупированной территории. Вспоминается этот голод, беды. То итальянцы, то немцы. Все это из уст в уста слухами ходило, радио отобрали у людей. Трудно было. А когда нас освободили, мне шел 19-ый год, меня призвали в армию. И пешком мы пошли на фронт. Было недалеко, в Румынии. Это было Ясско-Кишиневское окружение. По дороге мы учились, на месте учились, копали окопы, укрепляли. 19 августа 1944 года там началось наступление, артиллерийская подготовка. Я был придан в боевое охранение 132 гвардейского стрелкового полка. Все что я запомнил из того боя, это как немцы в офицера дежурного стреляли. Ему распороло живот весь, и он упал, а потом сразу я упал. Больше я ничего не запомнил. К утру 20-го числа меня уже ранило. И увезли меня в медсанбат. Медсанбат тоже обстреливали. Стол, где я лежал, пуля разбила. К этому времени я уже ничего не боялся. И повезли меня дальше в Горьковскую область, город Богородицк. И вот так моя война прошла. Вылечили, выписали, я еще был годен в строй, собиралась маршевая рота. Но 9 мая война кончилась и уже на фронт мы не пошли.


После войны тоже было трудно. Я пришел с фронта уже подстреленный, но я поступил на работу агентом уполномоченного по заготовкам СССР. Города и села были голодные, и надо было как-то выкручиваться. Потом я работал в колхозе бухгалтером. В разных местах работал, сложно было удержаться на одном месте. Было трудно и голодно, я решил уехать на Кузбасс в Кемеровскую область, устроился на работу в угольную шахту, стал получать кое-какие деньги. Голод начал отступать, снял обноски, стало уже лучше мне. Там под землей я отработал около 13 лет. Там я глаз потерял – взрывчатка взорвалась. Дорабатывал уже на поверхности. Ностальгия тянула на Украину, уехал, перестройка началась. Покидая этот плохой край, а там вся это бандеровщина хоть и была уже в подполье, но творилось страшное, они убивали ночами, травили людей, я уехал на Урал. И решил здесь остаться насовсем. Работал на очистных сооружениях 9 лет. Так я стал уральцем. Здесь и живу последние 38 лет. 


Хочу перебраться на нижний этаж, — сетует Петр Юлианович, — если бы я жил на нижнем этаже, я бы хоть по улице ходил бы, пусть и с опорой. Но не знаю, как это сделать. Все мои родственники уже умерли, недавно умерла самая младшая сестра. Сын тоже уже инвалид. Жена умерла 11 лет тому назад

Вернуться к разделу