Николай Степанович

Николай Степанович Ландышев

Это был очень-очень красивый дом — весь резной, с ровной изгородью и заботливыми хозяевами.

В гостиной сидел мужчина в красивом костюме, грудь в медалях. Он ждал. Ему сложно давались рассказы. Память подводила, и мысли путались, но он очень старался медленно и громко нам рассказать то, что помнил. Его дочь с удовольствием и заботой помогала ему вспомнить, а нам ничего не упустить.


Когда Николай Степанович на войну уходил, на вокзале к нему подошла женщина, которая сообщила, что пришла похоронка — отца на войне убили: «Ну что делать, убили, — сейчас вспоминает он. – Оркестр тогда не играл, убили и убили, надо ехать».
— Окопы, сколько их перекопали, дак Бог знает один. Не сосчитать, сколько было. Только пришли, молодежь, из гражданки и сразу в окопы. Мы мины ставили. Весь страх-то на саперах был, а мы копать знали. После 45-го шли обратно, восстанавливали все и разминировали дорогу, только в 51-м домой вернулся.
Главной гордостью среди всех красивых медалей был Орден славы, который Николай Степанович получил за то, что первым переправился при форсировании Днепра. Это была самая важная и дорогая ему медаль.
— На фронт пришел в 44-м году, а в 45-м война кончилась, я только какой-то промежуток был, ну и ранен не был.
– То есть война для вас прошла спокойно? – спрашивают школьники.
– Нет, не спокойно, всегда дрожь вызывала. Я прятался, откуда стреляют, я в землю, в окопы. В окоп и одним глазом смотришь. Идешь, или убьют или вернешься обратно. Самым страшным было, когда попали в окружение. Нас окружили со всех сторон немцы, а мы в середине, ну как обычно, русские считали, что это шутка, а немцы считали, что окружение, значит сейчас сдаваться будем, но, в конце концов опять пошли в наступление. Немцы отступили, а мы вышли в свой батальон, который как раз подошел. И снова пошли в наступление. Оттеснили немцев до нейтральной полосы, и тут нам и объявили конец войны.
Ему тяжело давались эти разговоры, память путала дни и года. Одно не покидало — вот это ощущение «быть всегда на чеку», враг, казалось, не дремлет.

 

Вернуться к разделу