Мулоян Касимович Давлетшин

Мулоян Касимович Давлетшин

Разные бывают дома. А вот заходишь, и тебе улыбаются. «Спасибо, что приехали».
Глава семьи, как водится, ждал нас в зале, а его худенькая бабушка встречала нас с улыбкой в прихожей: «Бабайка плохо слышит, дак вы погромче ему».


И с готовностью служившего человека Мулоян Касимович сообщил: «В начале войны 15 августа 41-го взяли на фронт, увезли сразу на Дальний Восток. Прослужил в тихоокеанском флоте на береговой обороне морской авиации. Мне 19 лет было. Я 21-го года рождения.
Связь налаживал, шофером работал, кабелем полевым снабжал, линии строили многоканальные. Работал с 17 лет на невьянском военном заводе. Оттуда и взяли в армию».

Его супруга все время находилась рядом, искренне стараясь, чтобы «бабайка» нам все смог рассказать, чтобы услышал нас, это было для нее так важно. Ее огромные, искореженные кисти рук не оставляли сомнений в важности для нее такого нашего приезда.
— А что больше всего запомнилось? Что сложнее всего было?
— Запомнилось многое, разве расскажешь… Тяжело было служить. Все тяжело было.
Когда война кончилась, хромой на обе ноги остался служить еще до 48-го года. Служил 7 лет и три месяца. Был заведующим склада авиаимущества, из-за этого и пришлось остаться до 48го. В 48-м демобилизовался, с бабушкой сошлись, – так сладко-сладко и по-юношески на этих словах он улыбнулся и посмотрел на свою худенькую бабушку. — Проработал на лесопогрузке до 51-го года. Построил вот этот дом. В 46-м мы поженились, двое сыновей уже было, когда дом строили. Тяжело было, голодали, а строили.
— Декретные тогда не платили, — вступилась она. – И я пошла дворником работать, сына с собой носила. Я свой старый дом ни на какой золотой не променяю!
— Мы с бабушкой, она еще девчонкой была, дом строили. Она у меня тоже фронтовичка.
— 15 мне было, в полях работала, бревна грузила. Там-то он ко мне и привязался, — всеми морщинками на лице смеется она. — 5 детей: 2 дочери, 3 сына, 8 внуков, правнуки.
— Старший сын в 12 лет заболел диабетом. Сейчас вот ему 68, живем вместе три инвалида. Но сейчас-то уже немножко осталось жить. Обещают все машину с 93-го года, на 65 лет Победы давали, и очередь не дошла… Говорят, год-полтора еще нужно ждать, но я вот, наверное, не дождусь уже…
А я все смотрела на его маленькую бабушку и не представить даже сейчас мне, что эта маленькая 15-летняя девчонка делала, как тяжело ей было на войне. Ее кисти рук были просто огромные, непропорционально большие, все суставы выбиты или вывернуты… В ее 15… бревна грузила, полевые работы… И эта маленькая старушка так гордо вскидывала маленький носик вверх, рассказывая о доме, «ни на какой не променяю, наш это дом»… Она была такая твердая, но домашняя, всех нас расцеловала напоследок.

 

Вернуться к разделу