Мухатдин

Мухатдин Галимуллин

Нас даже в домофон не спросили «кто», так ждали, оказывается.
На пороге нас встречал сам Мухатдин — невысокий, улыбчивый, в нарядной тюбетейке.
Мы расположились в комнате очень быстро, он даже растерялся. Ну что делать, тайминг.
Он надел свой пиджак и вышел к нам.
Он казался таким молодым, что я только с помощью сложных мыслительных операций смогла высчитать по татуировке на руке «1925», сколько же ему лет.


- Родился я в 1925-м году, — начал он, — в деревне Верхняя Гумба, Татарстан. Учился в татарской начальной школе. После школы работал: на лошади пахали, сеяли, лес заготавливали, это во время войны. Потом в армию забрали. В 43-м нас в июне увезли на Дальний Восток, там и служили. Везли недель 20 нас, долго. С деревни 8 или 9 человек вместе поехали. С несколькими в одной дивизии служили. Но они сейчас уже все умерли. На Курилах еще служил, курильский остров Итуруп, некому было служить, служили 7 лет, только в 50-м домой вернулся.
— Никогда не надо забывать, что такое фашизм. Не надо забывать свою родину. Нам молодость не пришлось видеть, работали, воевали. Сейчас все, слава Богу, есть, только не ленись.
Я была увлечена съемкой на камере, как вдруг в мои уши врезались слова: «Меня не было, а немцы пришли и весь наш полк порезали, ночью порезали». — И тут Мухатдин замолчал и опустил красные от слез глаза.
Прибежала, словно сердце подсказало, его жена, труженик тыла, достала две фотографии в рамке «а это он с другом». На фотографии штамп «На память родным». Боже, оказывается, когда мужчины отправлялись к местам боевых действий, их фотографировали для семьи, вдруг не вернется. И татуировка имени и года рождения на руках. Фотографии были очень красивые. Их в этой семье очень берегли.
— Мухатдин, а с кем вы на этом снимке, — протянули ему рамку.
— Это я с другом, Валентином, его давно нет, до конца вместе служили.
И как сложно было сменить тему, везде наталкиваясь на горечь памяти. Но как иначе… Такое никогда не забыть.
— А вот у вас медаль «За отвагу», она за какой-то подвиг?
— Да, я пулемет взорвал. Город Фудзин, там я подбил пулемет. Я в пехоте был. Гранатой, подполз и гранату бросил, целый дот взорвал. Через несколько лет меня нашли и вручили. Через 14 лет, что ли, вручили в военкомате.
— А как вы познакомились со своей будущей женой? – и тут он заулыбался.
— Да как и все, на танцах. Пришли солдатами в клуб, а там компания девчонок. Я свою жену сразу увидел. Сразу к ней, так и познакомились. Дружили, после войны поженились вот. Два сына у нас, дочь.
Он желал нам здоровья и беречь близких. Его скромная жена почти из коридора радостно звала нас пить чай.
В гостиной стояли их юношеские совсем фотографии, обе рядом, как и всю жизнь.
— Он ведь раньше был 170 с лишним роста, а теперь вот меньше, еще и ногу ломал, хромает, поглаживала она его по плечу.
Такая гордость за мужа…
Вернуться к разделу