Евгений Иванович Расковалов

Евгений Иванович Расковалов

Это была очень аккуратная квартира, где жил молодой мужчина в наглаженной рубашке, у окна замерло, ожидая хозяина, рабочее место, а на столе с цветами стояла рамка «Самый лучший мужчина». Наш оператор Роман попросил Евгения Ивановича надеть пиджак с медалями. «Давайте я вам помогу», — предложил он поправить воротник.
На что Евгений Иванович очень резко ответил: «По-моему, среди нас есть женщина. Вот ей и решать» — и заулыбался. Это было про меня и мне, не скрою, было приятно поухаживать за таким мужчиной.

— Когда война началась, мне 14 было. Конечно, нас еще не брали.
В армию призвали только 11 ноября 43-го. Естественно, надо было хоть винтовку научиться держать. Когда на фронт пошел, попал в воздушно-десантную армию, но это уже был конец войны, десантирование не потребовалось, и мы были как стрелки, – с сожалением говорит
Евгений Иванович.
— Что вчера случилось, я не помню. А что 70 лет назад хорошо, и очень хорошо.
— Это уже в Венгрии было. Заходим во двор и видим полный двор трупов, немецких, кто с кинжалом, кто как. Стали выяснять, оказалось, что наши разведчики обнаружили штаб и ночью всех порезали, чтобы шум стрельбой не поднимать.
Евгений Иванович был очень молод, он писал книги. Когда мы пришли, к изданию готовилась его новая книга «Полосатая жизнь». Это были не просто воспоминания о войне, а какие-то забавные случаи. Евгений Николаевич подмечал многое и бодрился, а как иначе.

— А как вы выживали?
— Ставил цель дойти. Вижу дерево, иду к нему. Передо мной упал снаряд, и человек подорвался. В обычной жизни я бы отреагировал, а тут все отключается. Отвернул голову и пошел дальше.
— А что значит ваша татуировка.
— А это… Это глупость юности. Десантник же был, вот и сделал пропеллер, казалось же, что какое-то имею к ним отношение. А прыжков вот я совершил мало, всего три и то учебных, дивизия расформировалась. Мальчишки с воспоминаниями в глазах об энциклопедии с медалями разглядывали все значки, ордена и медали. Что-то с радостью узнавали, что-то даже и не знали, что есть.
Евгений Иванович показывал нам свои книги и фотографии, где со сцены он читает свои монологи. Казалось, что ему удалось победить время. Он был так молод, так хорош собой, что время подарило ему умение писать книги и помнить так много, что жизни мало рассказать.
А все же, как не говори о подвигах:
— Ничего хорошего в войне нет, война между прочим, ну это мое мнение, это узаконенное убийство.

Вернуться к разделу