Евдоким Максимович Чапиков

Евдоким Максимович Чапиков

- Евдоким Максимович, как для вас началась война?
— Ну как началась война. Можно сказать, вот, бегал мальчишкой, 18 лет как раз исполнилось в 43-м году. Забрали и все. Был я запасным в полку в Оренбургской области. Оттуда нас забрали на фронт, и мы где-то в районе Украины были, там нас выгрузили. Пополнением в часть.
Попал я в артиллерийский полк 99-й стрелковой Богдана-Хмельницкой дивизии. И нас на фронт. В Тернополе на Украине меня ранило. Снайпер немецкий из церкви стрелял. Вот так началась моя война. Путь прошли длинный: Венгрию брали, брали Будапешт, Австрию, Вену. Оттуда, когда шли, встреча на Эльбе говорят, вот встретились там с американцами, так моя война закончилась.

Евдоким Максимович был скромным размеренным седовласым мужчиной. Он не был рассказчиком, никогда почти никому и не рассказывал о войне. Ему казалось, что все уже забыли войну, забыли героев. Да и героями они себя не считали, даже с тремя медалями за отвагу. ТРЕМЯ! «Думал, забыли, видимо, вас вот ждал, не помирал», — смеется Евдоким Максимович. Он был артиллерийским разведчиком, выслеживал немецкие боевые точки. Брали города, брали Будапешт, а вот медалями сыновья в детстве играли и растеряли. Так невероятно просто он к ним относился. Документы вот остались, военный билет хранит до сих пор.

— Не думано, не гаданно, и не в окопах, а в обороне были, вышли, а он с церкви стрелял, – рассказывает он о своем ранении. — Нас человека 4 было, командир был, карабин у меня еще через плечо был. Несли еще коробку скоростей. Взрыв получился. Командир говорит: «Это у тебя карабин выстрелил». Я смотрю, патрон целый, кровь потекла, кость не задело. Я даже в госпиталь не пошел, дальше в бою был.

А после войны нас погнали на японскую. Доехали со своей батареей, с пушками до Иркутска. И там нас высадили, война с японцами кончилась. Там я еще прослужил до 49-го года. Служил еще в Иркутске. Жили на квартире с одним военным, к нему сестра приехала. Мы с ней познакомились, там же в Иркутске и поженились. Демобилизовали домой в Казахстан, в колхоз работать. Два сына там родились. Один недавно в аварию попал и разбился. Тут, на Урале, у меня еще сын жил, работает в дорожном управлении, я к нему приехал сюда. Внука перевез к себе, дарственную ему написал, а он за мной ухаживает. Готовит, стирает, продукты привозит.

Мы сидели в гостиной, но дверь в спальню была открыта, и я краем глаза заметила там на полу, на стопке книг рисунок «9 мая», как позже рассказал он, это рисунок от правнучки.
Евдоким Максимович поспешил снять свой пиджак с Орденом Великой Отечественной войны, как-то не по себе ему в нем было. Сходил в спальню и принес нам показать свой военный билет, настоящий, свой, который он, как зеницу ока, хранит все эти годы, с записями о своих боевых наградах. Показал нам книгу, которую выпускали и делали на 50 лет Победы. И меня такое сожаление одолело, видя, как мало написано об этих людях и как много тогда они могли рассказать о себе. В книге без фото были короткие биографические данные. В ней он нашел своего сослуживца, говорит, что увидел, обрадовался, нашел телефон, но опоздал… Скончался… На бумажной обложке книги его рукой было написано «Чапчиков Е.М. Моим детям и внукам на долгую память».

— А как вы с сослуживцами?
— После войны друзей фронтовых никого не встречал. Сначала переписывались, а потом постепенно все отпало, – с грустью говорит Евдоким Максимович.
— А что вы нам пожелаете? Какой наказ дадите?
— Любите Родину, защищайте. Она самая дорогая для нас!
Не умею я говорить, ребята. Спасибо вам, что не забываете!

 

Вернуться к разделу