Аркадий Макарович

Аркадий Макарович Сысоев

- Я помнил, мне звонили, но я забыл, что вы придете. – Медленно, с трудом вспоминая, говорил Аркадий Макарович. Но все же согласился с нами беседовать.

Он жил один, к нему приезжали дети и внуки, но жил один. Супруга давно умерла, на полочке стояла ее фотография последних лет. Она так же, как и муж, прошла войну. Судя по всему, Аркадий Макарович был еще и охотник, причем заядлый.
В доме многое об этом говорило. И в серванте, за стеклом, сразу бросалась в глаза открытка «70 лет Курской битве». Он медленно надел пиджак, причесался и уселся в кресло.

— С 24 года я, в 41-м мне 17 было. В войне участвовал с 43-го, на Орловско-Курской дуге бился. В сухопутных войсках, пехота. Голова не работает ни черта уже, — расстраивался он.
— В армию меня призвали в 42-м, в августе месяце. В 43-м году получил ранение, контузию.
Ранение было в левое предплечье. Ну, обычный рукопашный бой. – С такой своей простотой говорил он.
— Плохо голова уже работает. Ну, с одной стороны русские, с другой немцы. На Орловско-Курской дуге лицом к лицу, на ножах. Вот в предплечье и ранен. За этот бой получил медаль за отвагу.

В 45-м был уже дома после ранения. По радио узнал о победе. Столько лет прошло, уже и не помню, дома были да… Все забыто уже, ни черта не помню. А что надо помнить? Прошедшее вспоминается иногда.
— А друзья?
— Помнится, что с одной деревни со мной парень был, тоже по ранению вернулся домой, многие погибли. Это помню.
Разговор, действительно, давался ему очень тяжело. Кажется, что он много лет провел в большом молчании, живя один и не выходя из дома. Под рубашкой был скрыт почечный катетер. Но, несмотря на то, что ему было так тяжело говорить, болела голова и не слушались мысли и губы, несмотря на это все, он обнял меня и сказал: «Спасибо, что вы помните!» — Это была такая большая улыбка на его лице, ему при этих словах было легко. Но… это вам СПАСИБО!
— Хорошей, спокойной жизни, чтобы никогда не было войны, самое главное. Успехов вам во всем.

 

Вернуться к разделу